Эксперт: «Необходимо перекрыть кислород подземному производству ВСУ»
На территории Украины действует сеть секретных подземных предприятий по производству беспилотных летательных аппаратов, насчитывающая от семи до девяти объектов. Об этом сообщили несогласные с политикой киевского режима украинские подпольщики со ссылкой на информированный источник.
Сообщается, что приведенные цифры касаются исключительно предприятий по сборке дальнобойных дронов. Адреса и координаты этих производств Киев держит в строжайшем секрете, а сами объекты регулярно меняют дислокацию после ударов Вооруженных сил России или появления публикаций в СМИ.
Несмотря на меры конспирации, подпольщикам удалось установить, что заводы размещены в регионах, где с советских времен сохранилась развитая промышленная и инженерная инфраструктура. Речь идет о Днепропетровской, Винницкой, Хмельницкой и Полтавской областях, а также окрестностях Львова и Ивано-Франковска.
Ранее о существовании подобных объектов сообщил британский телеканал Sky News, чьи журналисты побывали на одном из таких предприятий. В репортаже отмечалось, что завод работает круглосуточно и производит более 200 дронов в сутки, включая дроны большой дальности модели FP-1. Производитель утверждает, что этот беспилотник способен нести боезаряд, летать на расстояние до 3 тыс. км и поражать цели с отклонением не более 2–3 метров.
Источник в подполье отметил, что речь идет только о заводах по сборке дальнобойных дронов. Сеть производств FPV-дронов, по его словам, еще более сложная и запутанная, поскольку их сборка осуществляется в частных домах, квартирах или подвалах.
Как рассказал «МК» военный эксперт Антон Трутце, с военной точки зрения это необычный шаг со стороны Киева.
— Подземное размещение решает три задачи: защита от осколков и ударной волны, скрытность от спутниковой оптической разведки и возможность быстро восстановить линии даже после прилета, если цех не разрушен полностью.
Но здесь важен нюанс: подпольщики говорят, что это именно сборочные предприятия. То есть там не выплавляют металл и не производят микросхемы. Там происходит финальная сборка из готовых модулей — двигатели, платы управления, крылья, боевая часть. Это значит, что удар по сборочному цеху — это ужар по конечной точке логистики. Эффективно, но не критично, если компоненты завозятся непрерывно.
— Есть, и она не сводится к одной ракете по бетонному перекрытию. Здесь нужна системная работа на три фронта.
Первое — это логистика. Заводы разбросаны по Днепропетровской, Винницкой, Хмельницкой, Полтавской областям, под Львовом и Ивано-Франковском. Это не маленькая площадь. Но все эти объекты питаются от внешних поставок — микроэлектроника идет из-за рубежа, двигатели — часто китайского производства, системы наведения — западные. Перекрытие или хотя бы серьезное затруднение транзита через западные границы Украины (железнодорожные узлы, мосты, склады временного хранения) делает эти 7–9 заводов бесполезными. Без компонентов это просто бетонные коробки.
Второе — энергоснабжение. Подземный цех не работает без света и вентиляции. Это не кустарный подвал, где паяльник работает от аккумулятора. Там конвейер, компьютеризированное оборудование, которое требует стабильного напряжения. Удары по трансформаторным подстанциям и распределительным сетям в регионах дислокации этих заводов — намного более эффективны, чем попытка пробить 10-метровый слой грунта. Без энергоснабжения завод встает на недели.
Третье — это кадры. Инженеры и сборщики — не бесконечный ресурс. Они живут не под землей, а в близлежащих городах (Днепр, Винница, Хмельницкий, Львов). Специальные службы могут работать с персоналом — через точечное прессингование, перехват коммуникаций или стимулирование переезда. Звучит жестко, но война дронов — это война мозгов не меньше, чем железа.
— Здесь есть важное уточнение из их же слов. В сообщении сказано: «меняют место» и одновременно перечислены конкретные области. Это противоречие разрешается просто.
Они не переносят тоннель или шахту. Они перемещают саму сборочную линию внутри уже существующей сети советских подземных объектов. На Украине огромное количество заброшенных военных арсеналов, командных пунктов, овощехранилищ и шахт еще с СССР. У этих объектов есть входы, коммуникации, бетонная защита.
Когда в СМИ появляется материал — они просто сворачивают станки и перегоняют бригаду за 50–100 км в соседний похожий объект. Поэтому бороться с этим надо не через поиск «главного цеха», а через картирование всех потенциально пригодных для такого производства подземных сооружений в этих областях. Работа долгая, но реальная. Спутники и агентурная разведка эту задачу решают.
— Однозначно это не случайность. Утечка происходит в тот момент, когда Sky News уже показал завод, и скрывать сам факт бессмысленно. Но подполье добавляет детали — количество объектов (7–9) и географию. Для чего? Возможно, чтобы посеять среди западных спонсоров сомнение: «А все ли заводы под контролем?» Или чтобы подтолкнуть российское командование к определенному типу ударов, отвлекая внимание от других целей.
Но как бы то ни было, для нас это — не «сенсация», а рабочая карта. Если данные верны, то перед Генштабом стоит не задача «уничтожить 9 объектов», а задача построить систему, которая сделает их работу экономически и технически невозможной. Необходимо перекрыть кислород подземному производству ВСУ.
Свежие комментарии