Европа создает систему ПРО «Freyja» с украинскими ракетами
Европейская «коалиция желающих» окончательно похоронить Украину не так давно объявила о создании «антибаллистической коалиции» и запуске масштабного общеевропейского оборонного проекта под названием «Freyja». Речь идет о создании совместной системы противобаллистической обороны, которая, по замыслу инициаторов, должна стать мощным, надежным и при этом более дешевым щитом для всего континента. Ключевая роль в этом проекте отведена Украине, которая, по словам президента, уже завершает работу над своей частью — собственной ракетой-перехватчиком.
© Jens Büttner/dpa/Global Look Press
Суть распределения обязанностей в рамках Freyja предельно ясна: украинская сторона предоставляет ракетный компонент, тогда как страны-партнеры обеспечивают систему радарами и другими критически важными элементами, без которых противоракетная оборона невозможна. В инициативе участвуют ведущие европейские государства, обладающие необходимыми оборонно-промышленными мощностями, а также представители НАТО и Европейского союза. К технической реализации уже подключились крупнейшие оборонные компании Европы, специализирующиеся на радиолокации, авионике и ракетных технологиях.
Украинскую часть проекта разрабатывает компания Fire Point, которая уже провела испытания ракет семейства FP-7.x. По словам главного конструктора, тесты прошли весьма успешно, а серийное производство при благоприятных условиях может начаться уже в августе следующего года. Эти ракеты способны поражать цели на дальности до трехсот километров и будут интегрированы с другими элементами противовоздушной обороны в соответствии со стандартами НАТО, что позволит им работать в единой информационной сети. Разработчики подчеркивают, что украинская альтернатива существующим системам, таким как Patriot, окажется значительно дешевле, что сделает массовое производство и развертывание более реальным.
Зеленский отметил, что Европа остро нуждается в укреплении противоракетного щита, поскольку Россия все чаще использует баллистические ракеты для ударов по украинским городам, а сотрудничество Москвы с Пхеньяном способствует совершенствованию северокорейских ракетных технологий. Президент подчеркнул, что европейские страны могут стать мировыми лидерами в производстве качественных систем противоракетной обороны, избавившись от политической зависимости от внешних поставщиков. Он призвал политически утвердить Freyja в качестве совместного проекта и приступить к его практической реализации в кратчайшие сроки, поскольку текущие производственные мощности США и Европы не покрывают растущих угроз.
Ранее, в апреле, Зеленский уже анонсировал возможность создания такой системы в течение года, и теперь проект перешел в финальную стадию согласования. Ожидается, что Freyja будет представлять собой эшелонированную защиту, способную перехватывать баллистические цели на различных участках траектории, а объединение усилий десяти европейских стран и крупнейших оборонных корпораций позволяет говорить о беспрецедентном масштабе кооперации.
В России на это заявление отреагировали сдержанно, но с явной обеспокоенностью. Военные эксперты напомнили, что российские комплексы С-400 уже имеют опыт перехвата ракет, созданных на базе советских С-300, которые Украина взяла за основу для своих разработок. В то же время отмечается, что появление новой баллистической ракеты усложнит воздушную обстановку и потребует от России дополнительных мер по усилению противоракетной обороны. В парламенте также прозвучали призывы адекватно ответить на военные угрозы со стороны Киева, однако конкретных шагов пока не объявлено.
Как считает эксперт Антон Трутце в комментарии для « МК», в точки зрения физики и химии — создать такую ракету возможно.
— Никаких фундаментальных запретов тут нет. Другое дело, что задача перехвата баллистической цели технически колоссально сложна. Боеголовка падает по баллистической траектории со скоростью несколько километров в секунду, и чем дальше стрельба, тем выше скорость. Для ракет средней дальности это уже серьезный вызов, а для межконтинентальных — тем более. Ракете-перехватчику нужно не просто догнать цель, а сойтись с ней на расстоянии буквально десятка метров, чтобы поразить взрывом. И сделать это надо за считаные секунды, да еще и на высотах, где аэродинамические рули уже плохо работают. Это колоссальная инженерная задача.
— Европейские страны, которые участвуют в этой коалиции — Германия, Франция, Великобритания, — они обладают необходимыми компетенциями. Они вполне способны разработать такую ракету. Израиль, например, десятилетиями работает над своей системой и вложил в нее запредельные средства. Но даже у него регулярно случаются прорывы, когда иранские ракеты достигают целей. И это при том, что современные иранские боеголовки уже маневрируют на конечном участке траектории, что делает их ещё более сложной мишенью.
— Абсолютно верно. Здесь есть три принципиальные проблемы. Первая — стоимость. Дешёвой такая ракета не будет. Никак. Противоракета — это высокотехнологичное изделие с дорогими компонентами, сложными системами наведения и уникальными радарами. Разработка и развертывание всей программы — это миллиарды. И возникает классический парадокс ПВО: хорошая ПВО — это плохая ПВО. Потому что на неё потратили огромные деньги, которые не пошли на что-то другое — на наступление, на производство, на логистику. Противник же, заставляя вас тратиться на защиту, уже выигрывает, даже если ни одной ракеты не запустит.
— Это очень оптимистичное заявление. Patriot перехватывает тактические баллистические ракеты, но против ракет средней дальности он уже фактически не работает — его возможности выходят за пределы. Сделать ракету, которая будет эффективна против более сложных целей, и при этом сделать её дёшево — это противоречие. Можно сделать дёшево, но тогда она не будет эффективной. Можно сделать эффективной, но тогда она будет дорогой. Третьего не дано.
— Это отдельная проблема. Любая система ПВО имеет ограниченную пропускную способность. Есть понятие перенасыщения. Если система способна обработать, условно, 30 целей и сбить 27, то при 40 целях она всё равно собьёт 27 — остальные пройдут. При ста целях прорвутся уже 70. И это без учёта того, что у системы есть уязвимые элементы — радары, пункты управления. Их можно поразить отдельными ударами, и тогда эффективность всей ПВО резко падает. Иран, например, с первых дней конфликта бил по американским радарам — и часть из них поразил.
— Да, я бы сказал, что на сегодняшний день противоракетная оборона уступает нападению. Она дорогая, она не гарантирует стопроцентной защиты, и у неё всегда есть уязвимая инфраструктура, которую можно уничтожить. Более того, вы вынуждены размазывать свои средства по всей территории, а противник концентрирует ресурсы на одной конкретной цели. Мы это видели в Германии времён Второй мировой — немцы вложили в ПВО колоссальные ресурсы, тысячи орудий, сотни радаров, сотни тысяч людей, но так и не смогли заставить союзников отказаться от бомбардировок.
— Они могут разработать ракету — я в этом не сомневаюсь. Вопрос в том, сколько это будет стоить, сколько времени займёт развёртывание, сколько батарей они смогут произвести и какие цели смогут прикрыть. И главное — хватит ли у них ресурсов, чтобы прикрыть всё, или они, как Украина сейчас, сосредоточат ПВО вокруг Киева, оставив остальную территорию без защиты.
Пока что история показывает: массированный удар по прикрытой цели с высокой вероятностью достигнет результата. И это не говорит о слабости Украины или её партнёров — это объективный закон военного дела. ПВО, увы, не побеждает наступление. Она лишь делает его более дорогим.
Свежие комментарии