Профессор МГУ рассказал о буддийских воззрениях на природу ума человека
Как человек воспринимает свой собственный внутренний мир, откуда рождаются эмоции и озарения, как с помощью буддистских практик тибетские монахи изменяют свое сознание. Об этом рассказал на недавней лекции на факультете вычислительной математики и кибернетики МГУ им. Ломоносова психофизиолог, доктор биологических наук, заведующий лабораторией нейрофизиологии и нейрокомпьютерных интерфейсов биологического факультета МГУ, профессор Александр Каплан. Все самое интересное и важное из этого выступления – в материале обозревателя «МК».
А.Я. Каплан в кругу монахов обсуждает результаты очередного исследования. На заднем плане аспирант Николай Сыров, помогающий в исследовании.
«Кто такой – «Я»? Тот, кто может чувствовать, обдумывать, и все эти мысли и чувства находятся исключительно в субъективном поле», – с такого научного определения индивидуального восприятия человеком себя начал свое увлекательнейшее погружение в мир нашего сознания ученый. Он изучает природу рождения психических образов в мозге человека («Вдруг в голове возникает образ апельсина, – что от этого может измениться?») и это только на первый взгляд может показаться странным занятием. На самом деле, по словам ученого, работа с конкретными образами в нашем сознании – очень важная вещь. Она помогает специалистам при помощи «считывания» образов по электроэнцефалограмме (ЭЭГ) создавать всё более совершенные нейроинтерфейсы, – системы управления машинами или компьютером одними мысленными усилиями. Многие наверняка слышали о таких системах для инвалидов, но примерно по такому же принципу могут работать и тренажеры для пилотов самолетов и новые средства связи…
«Если я нахожу метку образа или мысли по ЭЭГ, то могу ее передать куда-то на исполнение. Я хочу включить телевизор, – вызываю в сознании связанный с телевизором образ, и как только посредством системы электродов и усилителя метка обнаружится, ее можно подать в виде сигнала для включения ТВ», – объясняет ученый. От того, насколько четко каждый из нас может воспроизводить в голове те или иные образы, будет зависеть точность распознавания сигнала обученной машиной.
Забегая вперед, скажу, – к этому полезно было бы стремиться всем, причем не только для управления нейроинтерфейсом, но об этом чуть позже…
По словам профессора, каждый из нас способен вызывать в голове конкретные образы, воображать их, но эксперименты со студентами показывают, что хорошо справляются с манипуляциями образов в уме только 30% людей.
«Я нашел идеальных испытуемых на Востоке, в буддистских монастырях, и много лет изучаю их способности», – говорит профессор.
Прежде чем подойти к рассказу об изучении мышления буддистских монахов, Александр Яковлевич делает важное отступление, которое, необходимо для объяснения их феномена.
«Я утверждаю — вы меня не видите в физической реальности, – говорит Каплан. – Я вас тоже не вижу в физической реальности, этого просто не может быть. Но мы же видим друг друга. В чем же фокус? Представим перед глазами девушку. Как девушки попадают в мозг? Очень просто – оптическая система глаза проецирует ее на внутренний экран, которым является задняя поверхность глазного яблока, покрытая слоем светочувствительных элементов (палочки и колбочки, всего 126 миллионов). Это сетчатка, которая дает высокое пространственное разрешение – до 12-13 К. Девушка, конечно, присутствует в качестве проекции на экране, никто не спорит, что эта проекция – из физического мира. Но в мозг-то она как попадает? Мы знаем, что из глаза в мозг идет нерв, по нерву, как известно, бегут нервные импульсы (не девушка), а потому никакого изображения там уже нет! Только набор нервных импульсов, которые стремятся в затылочную область мозга и в другие области. Так где там изображение с распределением света и теней? Оказывается, что физически оно невозможно! То же самое касается и обоняния, и тактильных ощущений, – все рассыпается в нервные импульсы. И собрать их обратно уже не удастся. Это не математический код в компьютере!
Так почему мы тогда видим девушку? Если мы посчитаем, то поймем, что нервных импульсов не хватает, чтобы сделать точную реконструкцию из такого богатого мира перед глазами. Получается, что в нашей голове происходит какой-то процесс, который помогает нам видеть то, что мы видим. У нас есть один ответ – мозг занимается реконструкцией внешнего мира. Иными словами, нейроимпульсы создают лишь некий каркас образа, а все остальное – воображаемая картина — другое трудно предположить, – говорит психофизиолог – и ничего загадочного тут нет».
Так откуда берется эта дополнительная информация? Еще Уильям Джеймс – первый фундаментальный психолог – в своей книге «Основы психологии» 1890 года писал: «Какие бы мысли не приходили в голову, у нас имеется нечто, что идет навстречу». «Недостаток восполняется, – вот о чем эти слова», – поясняет биолог. Позднее о существовании некой метафизической системы, которая помогает нашему пониманию внешнего мира, писал в своих работах и немецкий философ Эрих Фромм. Если это так, тогда возникает вопрос: а где хранится эта «метафизическая система», которая еще до того, как мы (условно) посмотрели на девушку, заранее представляет ее, «знает» все о целостности мира и дорисовывает нам ее образ?».
Для разъяснения этого вопроса профессор ссылается на знаковую статью «Темная энергия мозга» из журнала Scientific American 2010 года, в которой ее автор Маркус Райхл открывает читателям область «блуждания мыслей» в мозге, открытую им «дефолтную систему мозга». Это сеть нейронов, которая работает только тогда, когда мозг не загружен никакими когнитивными задачами. Работу этой сети нейронов образно и назвали «темной энергией мозга».
«Возникли подозрения, – говорит профессор, – что именно она и поддерживает ту самую «операционную систему», которая отвечает за целостную модель физического мира в мозге. Не надо помнить сотни миллиардов изображений, – для того, чтобы извлечь их из нашей глубинной памяти, ей надо подставить лишь начальные переменные, те самые нервные импульсы, — и она тут же все восстанавливает».
Служба в тантрическом монастыре Гьюто.
Получается, ученые приблизились к пониманию механизма, который поддерживает целостную картину мира в мозге человека. Но на Востоке, куда Александр Яковлевич ездит исследовать нейрофизиологию мозга монахов, знали об этом очень давно.
«Буддизм, появившийся в 543-м году до нашей эры, был исходно ориентирован на познание ментальной жизни человека, – говорит он. – Тибетские монахи внимают высказываниям Будды, о том, что наш обычный опыт пронизан двойственностью, в которой сталкиваются физическая реальность и ее ментальные концепции. И только взгляд со стороны позволяет увидеть суть вещей. Сознание, как особая функция мозга – это и есть взгляд со стороны. – Допустим, кто-то в толпе наступил вам на ногу, – первая ваша реакция – это биологический ответ. Но мы же не в лесу, и мы люди, «кто-то внутри» нам подсказывает, как правильно… Это петля осознания! Медитативные практики помогают в полной мере овладеть этой функцией мозга».
По словам ученого, который много времени провел в тибетских монастырях, не только для исследований, но и в беседах с монахами и их учителями, буддийская мудрость учит, что умиротворение, которое, вполне возможно, контролируется дефолтной системой мозга, приводит в конечном счете к пониманию «сути вещей», и в первую очередь к пониманию собственной природы, себя. ««Если хорошо управляешь своим умом, ты увидишь то, что скрыто от обычного взгляда», – говорят буддийские учителя. Получается, что наше сознание – это дословно – «совместное знание», но с кем? С самим же собой!» – делает вывод исследователь.
«Кто-нибудь может мне ответить после всего вышесказанного, – зачем нам дан мозг?» – спрашивает спикер. Раздаются голоса: «Для осмысления», «Для принятия решений»… Исследователь уточняет: «С точки зрения биологии получается, что мозг нужен для адаптации организма к среде обитания». Мозг – оптимальный регулятор, а, значит, согласно теореме пионера сложных кибернетических систем Уильяма Росса Эшби, он должен содержать в себе модель регулируемого процесса, то есть, отношений человека с физическим миром!». Модель, или внутреннее видение позволяет человеку вырваться из сетей неведения, препятствующих, согласно буддийскому учению гармоничной жизни человека. Ментальная модель физического мира, возможно, отголосок природы человека, который позволяет ему видеть «за горизонтом».
Природа научных открытий тоже, по словам ученого, базируется на умении видеть за горизонтом. Психофизиолог приводит в качестве доказательства слова великого физика Ричарда Фейнмана: «Ни одно из великих открытий в физике и математике не было сделано алгоритмическим путем. Ученые просто догадываются об основных закономерностях природы….». В автобиографических записях знаменитого математика Анри Пуанкаре, профессор нашел мысль о том, что великие идеи отличаются еще и особой эстетичностью, что и привлекает к ним нашу интуицию, наше творческое воображение.
А.Я.Каплан настраивает систему регистрации ЭЭГ для монаха тантрической практики непосредственно на территории буддийского монастыря монастыря Копан.
«Для того, чтобы успешнее заглянуть в свое истинное «Я», получить более правильный ответ от своего «помощника»-сознания и научиться предвидеть, в буддийском учении разработана целая система глубинных медитативных практик растворения, – поясняет профессор. – Это практики освобождения ума не только от ощущений и восприятий, но и от мыслей, от форм, от концепций, от всего, что является не самой природой, а ее трактовками.
Как-то вечером в очередной беседе с учителем я спросил, можно ли освоить какие-то элементы «растворения», он ответил утвердительно и для примера предложил одно из упражнений на эту тему.
Представьте себе, что вы на берегу реки, в час когда затихли птицы, и к вам по речной глади идет лунная дорожка. Вот, мысленно возьмите ластик и попробуйте стереть эту лунную дорожку, причем так, чтобы вода осталась. Потом сотрите Луну, берега, кусты и деревья, – и все, что создает хоть какие-то неоднородности в зрительном поле. Если удается, значит, вы уже управляете умом, вы уже способны к растворению элементов внешнего видения. Заключительное упражнение – надо убедиться, что оставшаяся в уме серая гладь – это не пустота, а напряженное умственное пространство, в котором рождаются элементы и картины мира. Попробуйте дунуть на воображаемый лист, если появится легкая рябь – значит Вы овладели пространством своего воображения. Теперь тренируйтесь строить там дворцы, делать великие открытия!».
Чего же, интересно, достигают монахи, благодаря многолетнему труду в медитативных практиках?
По словам психофизиолога, обычно после 16 лет базового образования, которое заключается в освоении множества древних тибетских текстов, в основном о природе человека и его ума, часть монахов уходят из монастыря в мирскую жизнь, снимают с себя обет безбрачия, обзаводятся семьями и передают свои знания детям, окружающим. Оставшиеся продолжают свое образование, становятся учителями, совершенствуют свои практики. Но лишь немногие овладевают глубинными тантрическими медитациям растворения.
«Вы спросите, – какую они при этом преследуют цель? Может, они хотят стать более совершенными, добрыми, более сострадательными или как-то особенно управлять своими состояниями? Это все есть, но не это есть главное, – говорит профессор. – Всё это – лишь подготовительные этапы – для того, чтобы достичь экстремальной глубины растворения, 8-го этапа, который называется «ясный свет». Согласно буддийскому учению – это тот этап, с которого человек стартует в другое тело. Это то самое «перерождение», о котором говорится в буддизме, как о способе сохранения накопленного опыта для передачи новому телу. Если немного утрировать, то в буддийском учении есть всего лишь одна аксиома: «о безначальности и бесконечности сознания», при том, что сознание никогда не остается без тела. «Перерождение» есть единственный логический ход, удовлетворяющий этой аксиоме. Но какой красивый: весь накопленный опыт человека, все его пережитые чувства не исчезают со смертью тела, но передаются другому телу для дальнейшего совершенствования. С точки зрения современной науки о мозге это никак нельзя объяснить. Но это объясняет стремление тибетских монахов к «ясному свету». Мы же, ученые, исследуем, как работает мозг практикующего тантру монаха при погружении в «ясный свет»».
В заключении российский ученый удивил еще больше. Согласно его гипотезе, состояние «ясного света» – это итог путешествия к себе, это возможность погрузиться в собственный опыт и не ради любопытства, а для того, чтобы исправить ошибки, недостатки, чтобы стать лучше. Из каждого такого погружения практик тантрической медитации выходит обновленным, обладающим бОльшими возможностями помогать себе и людям. Задача нейрофизиологов, изучить, какие структуры мозга и каким образом вовлекаются в слаженную работу мозга уникальных испытуемых по мере их погружения в «ясный свет» и возвращения в реальную жизнь.
Свежие комментарии